Одно чайное знакомство

 

Замкнутое пространство, помноженное

на длинное расстояние и долгие разговоры,

плюс неспешные чаепития,

равно приятные знакомства

на всю оставшуюся жизнь.

 

Тук, тук. Тук, тук. Тук, тук. Тук, тук…. удары колес о рельсы, словно удары сердца размеренные и постоянные. Пока есть жизнь, - есть движение, поезда, проводники, пассажиры, нескончаемые истории, различные судьбы и… выпитые чашки чая. Множество чашек!

Со своим мужем Александром я познакомилась четыре года назад в поезде, который следовал рейсом «Симферополь – Москва». Я возвращалась на работу, а муж ехал в гости к родственникам. Поздняя весна лишила нас в тот год своего цветущего очарования. Морозный воздух забирался под одежду и все спешили сесть в теплые вагоны длинного поезда, чтобы согреться.

Забавно, кого на этот раз сведет провидение у маленького столика в тесном четырехместном купе? Первой свое место заняла сутулая шустрая старушка в пестром платке и темно-сером полинялом плаще. Быстрыми шажками она протопала по узкому коридору и юркнула, прямо перед моим носом, в теперь уже наше общее купе, едва не сбив меня большой плетеной корзиной, доверху наполненной ароматными пирожками. Ефросинья Степановна – славная, добрая женщина, насилу успела расставить котомки, когда в дверях появился молодой мужчина приятной наружности. А за ним еще один.

Поезд тронулся. Старушка задорно, пискливым негромким голосом, предложила всем угоститься пирожками с яблочным джемом, расспросила, кого как зовут и кто куда едет.

-Чай, кофе, минеральная вода? – резко ворвался в беседу проводник и замер, ожидая немедленного решения.

-Чай, - ответили мы все хором и рассмеялись. Улыбка, смех - раскрепощают тела и приоткрывают души. Один из молодых людей - Никита, был перспективным художником, второй - гениальным программистом, (а несколько позже стал моим мужем).

Чай в граненых стаканах и подстаканники с гравировкой в странах СНГ – непременные атрибуты сервиса железнодорожного транспорта, над которыми не властны ни мода на посуду, ни года, сплетаемые в века.

Никита, отобедав, забрался на верхнюю полку, старушка прилегла отдохнуть, а мы с Сашей болтали обо всем и ни о чем. За окнами смеялось солнце вместе с нами и небо и земля. Природа, казалось, ликовала. Саша улыбался, а рядом с ним и я. Не помню, как сумерки внезапно набежали, и ночь за разговорами прошла. Но рано утром, талантливый художник, сходя на станции, в подарок оставил шарж: храпит старушка, пирожки, окно, два профиля с улыбкой до ушей склонились над столом, в руках – стаканы с чаем.

Веселый шарж и нынче висит на кухне в раме. Когда порою ссоры возникают, посмотрим на него мы с мужем и тут же, все, как будто бы рукой снимает. Садимся, наливаем ароматный чай и пьем его с вареньем сладким, обнявшись, вспоминаем о былом.